ЕГЭ на отечественном ПО: технологический суверенитет или экзамен для цифровой системы государства?

Технологический суверенитет обычно обсуждают в контексте промышленности, обороны, финансов и государственного управления. Но в ближайшее время один из наиболее наглядных примеров его реализации появится в сфере образования.

13 ноября 2026 года заместитель руководителя Рособрнадзора Игорь Круглинский сообщил, что в 2027 году проведение ЕГЭ в пунктах проведения экзаменов планируется полностью перевести на отечественное программное обеспечение. По его словам, в ходе последней экзаменационной кампании 34 региона в разных форматах опробовали работу с использованием операционной системы Linux. Ведомство оценило результаты апробации как успешные.

Есть и второй этап: к 2028 году сервисы для участников экзаменов планируется перевести на портал «Госуслуги», а сервисы для организаторов — на единую цифровую платформу «ГосТех».

На первый взгляд, это техническое обновление. На деле речь идёт о гораздо более серьёзной задаче. ЕГЭ — масштабная государственная система, которая должна работать синхронно в разных регионах, выдерживать высокую нагрузку и обеспечивать сохранность результатов. Здесь недостаточно установить новую операционную систему и объявить о завершении импортозамещения.

Главный вопрос заключается не в том, какое программное обеспечение будет использоваться, а в том, насколько надёжно вся инфраструктура сможет работать после перехода.

Импортозамещение — ещё не технологическая независимость

За последние годы технологическая независимость стала одним из ключевых ориентиров развития российской IT-отрасли. Причины очевидны: зависимость критически важных систем от иностранных поставщиков создаёт риски, связанные с прекращением поддержки, ограничениями на обновления, доступностью лицензий и возможностью дальнейшего развития продуктов.

Однако импортозамещение и технологический суверенитет — не одно и то же.

Можно заменить иностранную программу отечественным аналогом, но сохранить зависимость от внешних компонентов, оборудования, инструментов разработки или отдельных сервисов. Можно внедрить российское решение, но не иметь достаточного количества специалистов для его сопровождения. Можно успешно провести пилотный запуск, но столкнуться с проблемами при масштабировании на тысячи рабочих мест.

Поэтому переход на отечественное ПО следует рассматривать не как разовую замену продукта, а как изменение всей технологической основы системы.

В случае с ЕГЭ это означает необходимость обеспечить совместимость программных компонентов, защиту данных, стабильную работу оборудования, регулярные обновления и техническую поддержку. Важна не только операционная система, но и всё программное окружение, в котором проходят экзаменационные процедуры.

Отдельно стоит уточнить терминологию. Linux — это семейство операционных систем, основанных на открытом ядре. Само использование Linux ещё не означает, что вся программная среда разработана в России или полностью контролируется российскими организациями. Для оценки реального уровня независимости имеют значение конкретные дистрибутивы, прикладные программы, инфраструктурные компоненты и возможности их самостоятельного сопровождения.

Именно здесь проходит граница между формальным импортозамещением и полноценным технологическим суверенитетом.

Почему ЕГЭ — серьёзное испытание для IT-инфраструктуры

У экзаменационной системы есть особенность, которая делает требования к ней особенно высокими: практически все ключевые процессы привязаны к конкретным датам и времени.

Если временно перестаёт работать интернет-магазин, компания может потерять продажи. Если возникает сбой в корпоративной системе, часть задач можно перенести. Но если техническая проблема появляется в пункте проведения ЕГЭ во время экзамена, последствия затрагивают выпускников, родителей, педагогов и организаторов.

Причём речь не только о неисправности отдельного компьютера.

Экзаменационная инфраструктура должна обеспечивать корректную работу оборудования и программного обеспечения, обработку материалов, передачу данных, соблюдение требований информационной безопасности и согласованность действий участников процесса.

Особенно важна предсказуемость системы при нештатных ситуациях. Что произойдёт при отключении электричества? Как будет организовано восстановление работы после сбоя? Сохранятся ли данные? Сколько времени потребуется для устранения неисправности? Кто несёт ответственность за техническую поддержку на конкретной площадке?

Это не предположения о проблемах будущего перехода, а вопросы, на которые должна отвечать архитектура любой критически важной цифровой системы.

Поэтому успешное тестирование программного обеспечения — необходимый, но не единственный критерий готовности. Полноценная проверка должна учитывать не только штатную работу, но и поведение системы при отказах отдельных компонентов, повышенной нагрузке и нарушении связи.

В этом смысле ЕГЭ становится хорошим испытанием зрелости отечественной IT-инфраструктуры.

34 региона — важный шаг, но масштабирование сложнее пилота

Апробация Linux в 34 регионах — значимый этап подготовки. Она показывает, что переход уже проверяется на практике, а не существует исключительно в виде планов.

Однако пилотное внедрение и эксплуатация на общенациональном уровне — разные задачи.

У регионов отличаются техническое оснащение, состояние компьютерных классов, квалификация сотрудников и возможности местных служб поддержки. Даже при использовании одинакового программного обеспечения условия эксплуатации могут существенно различаться.

Поэтому недостаточно распространить новую систему на все экзаменационные пункты. Необходимо обеспечить единые требования к оборудованию, конфигурации рабочих мест, обновлению программных компонентов и устранению неисправностей.

Особое внимание следует уделить совместимости с существующей техникой. Если переход потребует массовой замены компьютеров или периферийного оборудования, это повлияет на стоимость проекта и сроки его реализации. Если же имеющаяся техника подходит для работы с новым ПО, это должно быть подтверждено испытаниями на различных конфигурациях.

Есть и кадровый вопрос. Чем масштабнее инфраструктура, тем больше специалистов требуется для её сопровождения. Техническая поддержка не должна ограничиваться возможностью переустановить систему или заменить компьютер. Нужны сотрудники, способные диагностировать сложные неисправности, анализировать причины инцидентов и восстанавливать работоспособность сервисов.

Для выпускника все эти вопросы должны оставаться незаметными. Он приходит на экзамен, выполняет задания и рассчитывает, что техническая сторона процесса не повлияет на результат.

Именно такой уровень надёжности и должен стать целью перехода.

«Госуслуги» и «ГосТех»: цифровизация выходит за пределы экзаменационной аудитории

Вторая часть объявленных изменений не менее важна, чем переход на отечественное программное обеспечение.

К 2028 году Рособрнадзор планирует сделать сервисы для участников ЕГЭ доступными через портал «Госуслуги». Речь идёт о подаче заявлений на участие в экзаменах и итоговом сочинении, получении информации о месте проведения, просмотре результатов и сканов работ, подаче апелляций и использовании тренажёров для подготовки.

Сервисы для организаторов планируется перевести на платформу «ГосТех». Часть решений уже работает в пилотных регионах.

Такой подход способен упростить взаимодействие граждан с экзаменационной системой. Вместо поиска информации на разных ресурсах и обращения в различные организации участник получает единый цифровой канал.

Но удобный интерфейс — только видимая часть системы. За ним должны находиться надёжные механизмы идентификации пользователей, обмена информацией между ведомствами, защиты персональных данных и обработки обращений.

Особенно важно обеспечить доступность сервисов для граждан с разным уровнем цифровой грамотности и различными техническими возможностями. Не во всех населённых пунктах одинаково стабилен интернет, не каждая семья одинаково уверенно пользуется электронными услугами. Поэтому цифровые каналы должны упрощать процедуры, а не создавать дополнительные препятствия.

Централизация сервисов также повышает требования к безопасности и отказоустойчивости. Чем больше процессов объединено в единую инфраструктуру, тем важнее защита её ключевых компонентов и наличие продуманных сценариев восстановления после сбоев.

Это не аргумент против цифровизации. Напротив, это условие её качественной реализации.

Сколько на самом деле стоит технологическая независимость?

Есть ещё один вопрос, который часто остаётся за пределами публичных обсуждений импортозамещения. Это стоимость владения программным обеспечением.

Когда говорят о переходе на отечественные решения, внимание обычно сосредоточено на стоимости лицензий, закупке оборудования и первоначальном внедрении. Но для крупной государственной системы эти расходы составляют только часть общей стоимости проекта.

Программное обеспечение необходимо регулярно обновлять, тестировать, адаптировать к изменяющимся требованиям, защищать от новых угроз и сопровождать на протяжении всего срока эксплуатации.

Потребуются специалисты, которые умеют не только устанавливать систему, но и обеспечивать её стабильную работу. Разработчики должны выпускать обновления, устранять уязвимости и поддерживать совместимость компонентов. Интеграторы — обеспечивать корректную работу решений в разных условиях эксплуатации.

Если продукт не развивается, его поддержка недостаточна, а критические компетенции сосредоточены у ограниченного числа исполнителей, формальная независимость от зарубежного поставщика не гарантирует устойчивости.

Поэтому оценивать отечественное программное обеспечение нужно не только по происхождению, но и по зрелости экосистемы вокруг него: наличию разработчиков, технических специалистов, интеграторов, документации и долгосрочной поддержки.

Для государства это особенно важно. Создание цифровой инфраструктуры — не разовая закупка, а обязательство обеспечивать её работоспособность на протяжении многих лет.

Что будет настоящим показателем успеха?

Я считаю правильным направление, в котором развивается переход критически важных государственных систем на отечественные технологические решения. Зависимость от инфраструктуры, которую невозможно самостоятельно контролировать и развивать, действительно создаёт стратегические риски.

Но поддержка технологического суверенитета не должна означать отказ от профессиональной оценки качества.

Отечественное программное обеспечение должно отвечать тем же требованиям, которые предъявляются к любому серьёзному технологическому продукту: надёжность, безопасность, производительность, совместимость, удобство эксплуатации и разумная стоимость сопровождения.

Для проекта перехода ЕГЭ я бы выделил несколько ключевых критериев оценки:

• стабильность работы во время экзаменационной кампании;
• отсутствие потери данных при технических сбоях;
• скорость восстановления работоспособности;
• совместимость с используемым оборудованием;
• доступность и качество технической поддержки в регионах;
• защищённость персональной информации и экзаменационных материалов;
• возможность самостоятельно обновлять и развивать программную инфраструктуру.

Это гораздо более содержательные показатели, чем количество компьютеров, на которых установлена отечественная операционная система.

Важно также не оценивать результат исключительно по итогам первого запуска. Технологическая система должна доказать свою надёжность в длительной эксплуатации, выдержать несколько экзаменационных кампаний и показать способность адаптироваться к новым требованиям.

Экзамен для цифрового государства

Переход ЕГЭ на отечественное программное обеспечение — это гораздо больше, чем установка Linux в экзаменационных аудиториях. Это проверка способности государства создавать и поддерживать сложную цифровую инфраструктуру, которая объединяет множество регионов, организаций, специалистов и информационных сервисов.

В этой истории есть важный принципиальный момент. Технологический суверенитет не должен превращаться в самоцель, при которой достаточно заменить иностранный продукт российским и отчитаться о выполненной задаче.

Его смысл заключается в другом: страна должна иметь возможность самостоятельно управлять критически важными технологиями, развивать их, обеспечивать безопасность и не зависеть от решений внешних поставщиков.

Именно поэтому я бы рассматривал предстоящий переход как возможность проверить не только отечественное программное обеспечение, но и качество организации всей цифровой системы.

В 2027 году главным результатом должно стать не само выполнение плана импортозамещения. Гораздо важнее, чтобы экзамены прошли без технических сбоев, данные были защищены, сервисы работали стабильно, а участники не почувствовали сложностей от смены технологической основы.

Настоящий технологический суверенитет начинается там, где государство не просто выбирает собственные технологии, а способно гарантировать их надёжную работу.